 На вопросы журналиста Светланы Паниной отвечаетАлександр ЧАЛКИН, секретарь Туруханского местного отделения КПРФ.
– Александр Иванович, ваш секретарь Хохлов Афанасий Сергеевич (недавно ушедший из жизни) как-то рассказывал в нашей газете, что Туруханский район за время «перестройки» сильно изменился. Но не в лучшую сторону.
– Да, это правда. Особенно изменения бросаются в глаза тем, кто давно здесь обосновался.
Я сам здешний. Родился в деревне Костино, в семидесяти километрах от районного центра. Мне было пять лет, когда родители переехали в Туруханск. Здесь я закончил школу, отсюда ушёл в армию и служил в Забайкальском военном округе.
По специальности я инженер-механик, получил высшее образование в Казахстане и мог бы осесть там, но меня позвали на родину, и я с удовольствием вернулся. Здесь работы тогда было навалом! И везде тебя брали с удовольствием.
Четыре крупных совхоза промыслового направления всегда нуждались в специалистах и создавали им не только для работы хорошие условия.
Рыбный завод обрабатывал по двенадцать тонн отличной рыбы.
На десяти зверофермах выращивали серебристо-чёрных лисиц – «мягкое золото» Севера. Да ещё охотники сдавали ежегодно не меньше семи тысяч шкурок диких соболей.
На двух местных заводиках заготавливали корма для крупного рогатого скота.
Огромное значение для развития Туруханского района имела геологическая экспедиция. Я уж не говорю о других учреждениях, полагающихся при советской власти любому населённому пункту.
– А вы, Александр Иванович, что выбрали?
– Скорее, тогда за меня выбрали! Едва я пришёл в РК ВЛКСМ вставать на комсомольский учёт, меня пригласили поработать в аппарате райкома. И надо сказать, мне понравилась комсомольская жизнь, особенно когда я стал вторым секретарём райкома комсомола.
Вот с 1979 года я и начал свою трудовую деятельность с комсомольской работы, а продолжил на партийной. Одно время был секретарём парткома в совхозе «Туруханский». А как закрутилась эта пресловутая «перестройка», в конечном итоге пришёл в школу. Преподаю автодело. У нашей школы есть лицензия на дополнительное образование, мы готовим шофёров.
– А с партией не расстались.
– Нет. Партии своей остался верен. У нас Афанасий Сергеевич был очень хорошим секретарём. Хотя на первых порах (да и потом не легче) ему приходилось туго, но товарищ Хохлов сам не тушевался и другим не давал унывать.
Поводов к унынию набиралось достаточно: экспедиция свернула свои изыскания по району и покинула наши края. Совхозы один за одним стали рассыпаться, и теперь-то от них не осталось и следа.
От звероферм скоро остались одни пустые шеды (клетки), правда, сейчас и их нет: сгнили.
Народ остался не у дел, а главное – новой власти не нужный. Как тут не растеряться! Вот тогда Хохлов собрал коммунистов, которые не испугались угроз демократов, – и мы создали новую партийную организацию. Конечно, она была уже не той мощной организацией, какой являлась при КПСС, но всё-таки боеспособной. Даже связь с посёлками мы держали постоянно, хотя на Севере в новых условиях связь даётся с большим трудом.
Когда Афанасия Сергеевича туруханцы избрали депутатом райсовета, он отстаивал интересы простого народа очень даже убедительно.
– А сейчас в районе у вас нет депутата-коммуниста?
– Сейчас нет. Туруханская парторганизация совсем небольшая, всего сорок человек. В самом Туруханске – двадцать коммунистов, остальные – по посёлкам. По нашим меркам в Верещагине большая первичка – восемь человек, в других – поменьше.
– Трудно вам работать?
– Если откровенно, то трудно. Во-первых, очень сложно при наших огромных расстояниях объехать все посёлки, чтобы встретиться с их жителями. Ладно, летом можно попасть куда-нибудь по воде. А зимой – только на вертолёте, единственном транспорте. Да и тот «кусается» ценой на авиабилеты.
Во-вторых, средний возраст коммунистов зашкаливает за пятьдесят. Молодёжи мало. Поэтому в первую очередь мы будем работать над решением этого вопроса.
Проблем – не перечислить! Но в какой-то мере мне помогает то, что я был заместителем Афанасия Сергеевича и кое-чему научился у него. А с другой стороны – меня товарищи по партии выбрали секретарём, и это налагает на меня огромную ответственность. Не хочется, чтобы партийная организация теряла свой авторитет среди населения.
– А есть такая угроза?
– Угроза всегда есть, если ничего не делать. Мы стараемся чаще встречаться с людьми, разъяснять им политику КПРФ. Да они и сами приходят к нам со своими проблемами, больше-то их и слушать нигде не хотят.
Вообще, если говорить откровенно, то к коммунистам сейчас народ стал приглядываться гораздо внимательнее. Проблем в жизни накопилось выше крыши, а реальной помощи им ждать больше неоткуда.
У коммунистов появилось много сторонников, которые со своими сомнениями по поводу действий власти делятся именно с нами.
Тут ещё какая беда: народ (не в пример советской жизни) очень плохо информирован. Газет большинство не читает, телевизору не верят, слухи собирают и верят чёрт знает во что!
Одна из наших задач – усиление пропаганды и агитации за коммунистические идеи.
Думаю, мы постараемся работать достойно. У меня есть два боевых заместителя, один из них – бывший комсомольский, партийный работник Юрий Фёдорович Писарев. Опыт у нас есть, желание не уронить знамя есть, так что будем живы – не помрём! |
Организация 
